(1981) - 0,016, по J.Love и E.Kiefer (1950) - 0,004. Как уже упоминалось, меньше всего для этого отдела применимы формальные оценки спондилографической картины. Боль­ше, чем на других уровнях, формально-морфологические признаки «остеохондроза», такие как уплощение дисков, уп­лотнение замыкающих пластинок, передние костные разра­стания, должны оцениваться критически: они связаны с фи­зиологическим кифозом. При этом обычно нет важнейшего признака клинически значимого остеохондроза — сдвига смежных тел позвонков. По данным И.И.Камалова (1989), среди больных с поражением грудного отдела позвоночника остеохондроз диагностирован в 58%, деформирующий спон-дилоартроз из-за растяжения задних отделов — у 9% и спон-дилез — в 32%. Важным рентгенологическим симптомом на грудном уровне является смещение остистого отростка от средней линии — ротационный подвывих. На соответствую­щей стороне происходит сжатие ребра с интенсивным воз­действием на него со стороны поперечного отростка. В со­членениях происходит растяжение связочного аппарата. Ро­тационный подвывих осуществляется при активном участии сегментарных мышц. Установлено, что при взаимном рота­ционном смещении грудных позвонков на стороне, в кото­рую смещен остистый отросток, амплитуда потенциалов сег­ментарных вращающих мышц повышается. Она возвраща­ется к норме после устранения ротационного смещения (Гонгальсшй В.В., 1990). В тех же мышцах в условиях экспе­римента на животных электронно-микроскопически выяв­ляются нарушения в микроциркуляторном русле и в экстра-фузальных волокнах: участки миоцитолиза, деструкция энергетического аппарата и контрактура миофибрилл. На стороне большего напряжения сегментарных мышц в со­ответствующих сегментах спинного мозга сначала обнару­живаются признаки повышения или торможения функцио­нальной активности, а через 1-1,5 месяца появляются гипер-хромные клетки с признаками «хронического заболевания», но без гибели клеток в последующем.

Важную роль в формировании вертеброгенных синдро­мов играют и поверхностные мышцы позвоночника — пара-вертебральные. Уже самое их анатомическое положение су­щественно для нейрогенной патологии: между подвздошно-реберной и длинной мышцей спины проходят наружные ветви задних грудных нервов. Эти мышцы связаны с анти­гравитационной функцией и находятся в физиологически менее благоприятных условиях, чем другие мышцы (Wright J.S., 1939). Раньше и в большей степени, чем другие они обнаруживают тонические реакции при поражениях то­ракальных суставов, при корешковых синдромах (Sicard I., 1924), при аневризме аорты (Bean W., Ponseti J., 1955). На­пример, на асимметричное напряжение этих мышц при од­ностороннем плеврите указывал еще Н.Ф.Гагман (1886). Он писал о плевритическом сколиозе, который отмечен наряду со спастическим, ревматическим, паралитическим. F.Pottenger (1910), O.Pogres (1935) при заболеваниях легких отмечали отклонение остистых отростков в больную сторо­ну. Изменение ЭМГ картины, увеличение хронаксии пара-вертебральных мышц в ответ на висцерогенные импульсы отмечали Ю.М.Уфлянд и В.Г.Кунгевич (1937). Клиницисты описывали «симптом тетивы» — напряжение «укороченных» мышц на вогнутой стороне, здесь отмечены признаки жиро­вой дегенерации (РубашоваА.Е., 1961). Впрочем, и на выпук­лой поверхности описывали истончение и фиброзные изме-

нения мышц. Некоторые клиницисты подчеркивали отсут­ствие прямых связей между стороной плевролегочного пора­жения и латерализацией сколиоза (Reeske W., 1955; Jentschura G., Schmidt F., 1958; Тюлькин Е.П., 1968) и указыва­ли лишь на фактор гипоксии мышц позвоночника.

Почти у всех 50 больных язвенной болезнью желудка и двенадцатиперстной кишки, наблюдавшихся нашим со­трудником В.Г.Петровым (1969), визуально и пальпаторно определялось повышение тонуса остистой части длинной мышцы спины. Валик напряженной мышцы обычно лока­лизовался на уровне Туш-Ьц, электромиографически выяв­лялась асимметрия биоэлектрической активности. При яз­венной болезни желудка повышение тонуса выявлялось слева, при язве двенадцатиперстной кишки — справа. Эти изменения отмечались как у пожилых, так и у молодых больных, имевших признаки дистрофического поражения позвоночника. Напряжение мышц, возникающее в ответ на обильную импульсацию из соединений ребра и позвонка, редко достигает второй степени (Бобровншова Т. И., 1973). Каменистая плотность мышц (III степень) здесь встречает­ся лишь как исключение. Мышцы, в которых F.Pottenger (1908, 1910) определял при верхушечном туберкулезе выра­женное напряжение, преимущественно расположены не на каркасе грудной клетки, а над ним (трапециевидные, лест­ничные и др.).

Грудной отдел позвоночника часто вовлекается в патоло­гический процесс вторично, миоадаптивно, в порядке при­способления к патологической позе в соседних отделах по­звоночника. Так, при острой деформации поясничного от­дела формируется приспособительная деформация грудно­го. При этом на первом этапе при генерализованной мио-фиксации защитно-фиксированным становится весь по­звоночник, и перегрузки возникают в краниовертебральном ПДС. На следующем этапе — полирегиональном — пере­грузочные деформации располагаются уже более чем в од­ной плоскости, как бы закручивая позвоночник спиралью вокруг вертикальной оси (Ладыгин А.П., 1978; Попелян-скийЯ.Ю., Кадырова Л.А., СакН.Н., 1991; Новосельский А.Н., 1992). Это придает устойчивость системе. Схематически можно представить себе в этой фазе два звена биокинемати­ческой цепи: 1) шейно-верхнегрудное; 2) нижнегрудное и пояснично-крестцовое. В этих-то условиях и перегружа­ются среднегрудные ПДС на границе обоих звеньев. В по­следующем в пораженном грудном отделе формируется ло­кальная миофиксация — защитный блок пораженного ПДС в одной какой-либо плоскости с гипермобильностью в со­седних плоскостях и ПДС.